Сегодня Пятница 04 Декабря 2015 г.
Поиск:
| Ответ на вопрос как получить визу в Великобританию находится на сайте www.golondon.ru.   Статьи Гостевая На главную Отправить сообщение на e-mail
Главная новость Основные
Salut, Renault. Блокпакет ВАЗа сегодня отойдет французскому автоконцерну

НАРКОТИЧЕСКИЕ ПРИЛИВЫ И ОТЛИВЫ

22 марта 2007 г.

Еще в марте 1973 года в своем послании американскому конгрессу на тему борьбы с наркоманией тогдашний президент США Ричард Никсон с горечью отмечал следующее: «Наркотики стали одним из самых опасных и разрушительных факторов, подрывающих сегодня саму основу американского общества… Общее число наркоманов в Соединенных Штатах достигает сотен тысяч… Это люди, которые и сами тяжело страдают, и причиняют страдания бесчисленному множеству других сограждан». Впрочем, в то время в СССР на эти слова американского президента обратили внимание лишь для того, чтобы лишний раз обличить «язвы загнивающего капиталистического общества». В 70-е годы и руководители государства, и рядовые советские граждане полагали, что массовая наркозависимость населения, эта страшная чума ХХ века, наш народ обойдет стороной.

С тех времен прошло всего лишь немногим более четверти века – и вдруг оказалось, что наркотическая беда не только стремительно ворвалась в повседневную жизнь россиян, но и стала совершенно реальной угрозой для физического и морального здоровья всего нашего общества.

У россиян никогда не было тяги к наркотикам

Нельзя сказать, что наркотики на Руси раньше вообще не были известны. Испокон веков такие опьяняющие зелья использовались во многих местных религиозных и мистических культах, а позже, когда наркотики стали приходить в нашу страну как с Востока, так и с Запада, они получили некоторое распространение в среде богемы и высшей знати. Однако на протяжении веков это явление в России не носило массового характера, а ограничивалось лишь очень узким кругом посвященных лиц. Как следствие, у российской нации за сотни лет так и не выработалось противоядий против наркотических средств, что в постперестроечный период еще более осложнило социальную обстановку в России и привело к невиданным ранее темпам наркотизации населения страны.

Значительную роль в деле незаконного оборота наркотиков ныне играет фактор обнищания громадных слоев населения бывших республик СССР, многие жители которых вынуждены зарабатывать средства к существованию путем контрабандной перевозки наркотиков в российские регионы. На уровне наркопотребления сказываются и такие язвы общества, как неправильное воспитание подрастающего поколения, дурные примеры, которые подает молодому человеку криминальная среда, отсутствие у многих наших сограждан положительных установок, а также хроническая ситуация социального конфликта, в котором российское общество пребывает вот уже четверть века.

Ситуация осложняется еще и тем, что примерно с начала 90-х годов межнациональные преступные группировки с территорий ряда государств Средней Азии и Закавказья ведут в отношении России настоящую наркоинтервенцию, умело используя в своих античеловеческих целях последствия распада Советского Союза, разрыв международных интеграционных связей и незащищенность наших южных границ.

Понимание всей остроты проблемы и стало причиной подписания Президентом РФ В.В. Путиным Указа № 306 от 11 марта 2003 года. В соответствии с этим нормативным актом в нашей стране тогда же был создан Государственный комитет Российской Федерации по контролю над оборотом наркотических средств и психотропных веществ (ныне Управление Федеральной службы госнаркоконтроля), подчиняющийся непосредственно Президенту РФ.

Наследие древних жрецов

Современная наука считает, что с природными наркотическими веществами растительного происхождения человечество столкнулось десятки тысяч лет назад, когда возникли зачатки религии в виде мистических культов. В ту доисторическую эпоху тайной одурманивающих растений обладали лишь избранные члены общества, причастные к медицине и магии, то есть к материям, носителями которых в те далекие времена фактически были одни и те же люди: колдуны, маги, шаманы, жрецы, и так далее. Поэтому с давних времен на отношение той или иной нации к наркотикам вплоть до наших дней значительное влияние оказывали религиозные воззрения и религиозные культы, а также бытовые и социальные запреты. В целом же практически каждое общество рано или поздно сталкивалось с проблемой необходимости регулировать их оборот с помощью либо административного, либо уголовного законодательства. При этом в истории есть немало примеров того, как та или иная цивилизация употребление одних веществ разрешала, а другие, наоборот, запрещала, считая их сомнительными или вредными.

С середины XIX века многие наркотики растительного происхождения начали претерпевать глубокие изменения, испытывая на себе влияние промышленной революции Запада. К концу этого столетия они не только начали производиться во все возрастающих количествах, но и стали подвергаться дополнительному химическому воздействию и выпускаться в жидком виде, а также в виде порошков и таблеток. Еще позже к концентрированным наркотическим веществам добавились синтетические наркотики, которые, как правило, оказывались гораздо дешевле своих природных аналогов, чем и привлекали к себе массового потребителя. В результате к концу ХХ столетия по сравнению со средними веками количество психотропных препаратов в мире значительно увеличилось, хотя в целом они стали более единообразными, причем многие из них почти полностью утратили связь с теми историческими условиями, при которых зародились традиции их потребления.

Это выглядит поразительно, но на территории нынешней Самарской области самый ранний случай использования наркотических веществ зафиксировал еще… древнегреческий философ Геродот - «отец истории». В V веке до нашей эры он побывал в северном Причерноморье и в степях к востоку от реки Танаис (древнее название Дона). В то время эти места населяли кочевые племена, которых Геродот называл скифами и савроматами. И вот что ученый записал в своем капитальном труде «История» среди других впечатлений об этих варварских народах: «Там (в земле скифов – В.Е. растет трава конопля, напоминающая лен, но она ниже и не такая густая, значительно уступая льну в этом отношении… Конопля растет диким образом, но ее сажают и специально: племена делают из нее одежды, мало отличающиеся от одежд изо льна. Человеку непривычному невозможно отличить ткань изо льна от ткани из конопли».

Как затем рассказал Геродот, семена этого растения кочевники использовали как средство для «душевного и телесного очищения». Об этом он пишет следующее: «Очищаются скифы так: они втыкают в землю длинные палки, и, пригнув их одна к другой, натягивают сверху плотные накидки, тщательно скрепив их между собой. Затем бросают они раскаленные на огне камни в посудину, стоящую посредине отгороженного пространства… и, взяв зерна (конопли – В.Е.), входят внутрь и бросают эти зерна на горячие камни. Зерна тут же начинают дымиться, выпуская столько пара, сколько не удалось бы получить в наших греческих парильнях. После этих паровых ванн скифы приходят в очень радостное настроение, и это единственные известные им ванны, поскольку целиком своего тела водой они никогда не омывают».

Здесь нужно добавить, что ритуальные каменные жаровни с остатками семян конопли археологи находят в погребениях кочевников на очень широком пространстве юга России – от Северного Причерноморья до Алтайских гор. Довольно много савроматских захоронений с аналогичными следами было обнаружено и на территории нынешней Самарской области. Они является документальным свидетельством того, что наркотические вещества на территории нашего края употреблялись еще как минимум за 500-600 лет до нашей эры.

Что же касается славянских народов Европейской части России, то у них, как известно, много веков назад существовали укоренившиеся традиции употребления не наркотиков, а легких алкогольных напитков. При этом специалисты считают, что именно плодовое вино и пиво, а впоследствии и водка стали тем барьером, который за тысячу с лишним лет так и не дал распространиться по нашей стране наркомании. Это обстоятельство сказалось и на российском антинаркотическом законодательстве: по-настоящему оно стало формироваться лишь в начале XX века, поскольку до этого в нем не было общественной потребности.

Азиатский дурман как угроза для России

После XVI века границы Русского государства стали быстро продвигаться на восток. Уже вскоре на поволжские, уральские, сибирские и дальневосточные земли пришли первые русские колонисты. В XVII веке они впервые встретились лицом к лицу с китайскими переселенцами, и уже вскоре через них получили подробные сведения о двойственной природе опиума. Первоначально его считали лекарственным средством, но вскоре выяснилось, что опиум имеет дурманящие свойства, а при многократном употреблении вызывает стойкую зависимость. Уже при Петре I российские дальневосточные власти были крайне обеспокоены все большим распространением пристрастия к опию среди отечественных колонистов, что полностью вступало в противоречие с традициями землепроходцев. В итоге в октябре 1727 года между Российской империей и Китаем был подписан Кяхтинский договор, ставший первым в истории текстом, регламентирующим торговлю наркотическими веществами между двумя государствами. С этого времени за нелегальный провоз опиума через российско-китайскую границу на виновного налагался штраф, равный двойной цене контрабандного зелья.

К середине XIX века заметное беспокойство у российских властей стал вызывать рост объемов потребления опиума и конопли в Средней Азии. Первые статистические сведения Российской империи о распространении наркозависимости в Центральной Азии и на Дальнем Востоке были опубликованы в 1885 году. В частности, материалы о распространении наркотиков в Ферганской долине в течение нескольких лет собирала группа медицинских специалистов под руководством профессора Казанского императорского университета С. Моравицкого, который до этого длительное время находился на службе в качестве Кокандского уездного врача. В возглавляемую Моравицким исследовательскую группу в числе прочих входили также и медики из Самары. Собранные нашими учеными сведения были опубликованы в 1885 году в «Трудах общества естествоиспытателей при Императорском Казанском университете», в статье под заголовком «О наркотических и некоторых других ядовитых веществах, употребляемых населением Ферганской долины».

Наиболее распространенным наркотическим растением этого региона автор статьи называет индийскую коноплю. Как пишет Моравицкий, она «в Фергане растет дико, а также засевается почти в каждом селении несколькими земледельцами в незначительном количестве…» В целом же наркотические продукты в Ферганской долине в то время употреблялись очень широко, часто вместе с обычной едой, в том числе и детьми. Об этом автор статьи писал так: «Матери, недостаточно терпеливые, когда дети беспокоят криком, часто поят их кукнаром, или дают им куски конфет «гуль-канд». В городах и селениях региона были также широко распространены заведения для приема наркотиков, где, по сведениям, «любители могут покурить наши – «наша-ханэ», попить кукнару – «кукнар-ханэ», покурить опия – «кайракча-ханэ». Рядом с этими заведениями находятся всевозможные притоны для бродяг и воров, а также вертепы разврата».

Однако какого-либо антинаркотического законодательства в нашей стране в то время еще не существовало. Вплоть до 20-х годов XX века во всех регионах России наркотические вещества (в том числе морфий и героин продавались практически без ограничений во всех аптеках, как лекарственные препараты. При этом необходимо отметить, что в «Уложении о наказаниях уголовных и исправительных» Российской империи (аналог нынешнего Уголовного кодекса РФ), которое действовало в нашей стране вплоть до революционных событий 1917 года, не существовало даже самого понятия «наркотические вещества». Некоторое подобие этого современного термина можно найти только в разделе восьмом «Уложения…», в главе первой, где имелось отделение шестое под названием «О нарушении правил, установленных для продажи, хранения и употребления веществ ядовитых и сильнодействующих».

Лишь в июне 1915 года императором Николаем II был подписан достаточно жесткий закон, который, впрочем, распространял свое действие не на всю Россию, а лишь на Приамурье в полосе от Читы до Хабаровска и на Уссурийский край. Этот закон вводил полный запрет на употребление в Дальневосточном регионе опиума в любом виде, а также предписывал уничтожение плантаций опиумного мака на граничащей с Китаем российской территории. Это повлекло за собой массовое выдворение из страны десятков тысяч китайцев, занимавшихся здесь производством наркотика. Характерно, что и после Октябрьского переворота 1917 года новая революционная власть оставила этот царский закон в силе.

Боролись с наркотиками именем революции

Уже вскоре после революционных событий 1917 года новая власть сделала попытку разработки собственного антинаркотического законодательства. В начале 1918 года Совет народных комиссаров РСФСР принял декрет «О борьбе со спекуляцией кокаином», который довольно успешно исполняли сотрудники Всероссийской Чрезвычайной комиссии (ВЧК). Правда, это предписание носило, как сейчас можно сказать, лишь административный характер.

В том же году вышел в свет еще один декрет Совнаркома «О контрабанде опиумом», в котором ставилась задача скорейшей ликвидации полулегальной переброски опиума из Персии в Китай через города Восточной Сибири.

После этого в течение еще нескольких лет в республике продолжали действовать лишь административные запреты на незаконный оборот наркотиков, да и то лишь на некоторые их виды – кокаин и опиум. Уголовной же ответственности за свой нелегальный бизнес наркоторговцы по-прежнему не несли. И хотя в 1922 году был принят первый Уголовный кодекс РСФСР, в его тексте все еще отсутствовала специальная статья, устанавливающая ответственность за незаконные действия с наркотическими средствами. По-прежнему борьбу с их изготовлением и торговлей правоохранительным органам приходилось вести только на основании ст. 215 этого УК РСФСР, устанавливавшей уголовную ответственность за приготовление, хранение и сбыт лишь ядовитых и сильнодействующих веществ. За свои действия виновные в то время наказывались штрафом до 300 рублей золотом или же принудительными работами на срок до одного месяца. Лишь в 1924 году в СССР был принят первый антинаркотический законодательный акт. Постановлением СНК РСФСР от 6 ноября этого года устанавливались жесткие правила законного оборота наркотиков для нужд медицины.

Известно, что в те времена у нас большой популярностью пользовался кокаин, особенно в обедневших слоях населения и в люмпенской среде. Правда, при этом нельзя сказать, что кокаин появился в России лишь после Октябрьского переворота. Традиции потребления этого наркотика в среде высшей российской знати и богемы существовали как минимум с середины XIX века. Однако в течение нескольких лет после революционных событий 1917 года, когда Россия находилась в состоянии разрухи и Гражданской войны, потребление кокаина в стране стало приобретать массовый характер, захватив все слои населения вплоть до самых низов. В 20-х годах кокаиновая эпидемия достигла и российской глубинки, включив в себя не только местную элиту, но также солдат и рабочих, перекидывалась и на остальные группы населения, вплоть до детей. Согласно исследованиям, проводившимся отделами ГПУ в 20-х годах, в отсутствие продовольствия представители рабочего класса начинали нюхать или курить кокаин, чтобы просто избавиться от чувства голода.

Лишь в 1926 году, когда советским правительством был утвержден принципиально новый Уголовный кодекс РСФСР, в него ввели статью 104, которая называлась: «Изготовление и хранение с целью сбыта и самый сбыт кокаина, опия, морфия, эфира и других одурманивающих веществ без надлежащего разрешения». Эта правовая норма появилась в Уголовном кодексе РСФСР после ратификации нашей страной двух Женевских конвенций – по опиуму и об ограничении производства и регламентации распределения наркотических средств. Оба этих документа были подписаны представителем СССР 19 февраля 1925 года в числе десятков других делегатов стран-участников Женевской конференции по наркотикам.

Самарские врачи против наркомании

В 1931 году самарский врач-психиатр А.Л. Камаев выпустил в свет книгу под заголовком «Анашизм: социально-бытовое и клинико-психиатрическое исследование». В ней автор описал методы лечения от наркомании потребителей анаши или гашиша. Из этого издания можно сделать вывод о том, что в течение 20-х и в начале 30-х годов вся Средне-Волжская область, в том числе и Самарская губерния, подверглась интенсивному насыщению среднеазиатскими и дальневосточными наркотиками, в первую очередь анашой и кокаином. Правоохранительные органы и сфера здравоохранения в это же время отметили существенный рост их потребления беспризорниками, криминальный средой в целом, а также заключенными, находящимися в местах лишения свободы. Самое печальное, что одновременно был отмечен рост потребления анаши и кокаина учащимися средних школ, техникумов, фабрично-заводских училищ и студентами вузов.

Питательной средой для роста наркомании, наркопреступности и развития наркобизнеса в 20-е годы и в начале 30-х годов было состояние социальной нестабильности в России, вызванное общим политическим и экономическим кризисом, чередой войн и революций. Затем в состояние общей разрухи ворвались радикальные экономические реформы. Большинство населения страны в это время пребывало в состоянии неуверенности в завтрашнем дне, чувствовало свою незащищенность и ненужность.

А.Л. Камаев в своей брошюре подчеркивал, что в Самаре наиболее пораженной анашизмом социальной прослойкой были беспризорники, помещаемые в детские ночлежки, а также воспитанники детских приемников-распределителей, относящихся к структуре НКВД. В 90 процентах случаев они являлись полными сиротами, в 60 процентах случаев – полностью неграмотными. Камаев высказал мнение, что наркоманию в форме анашизма надо считать не правонарушением, а клиническим медицинским случаем, причиной которого являются застарелые социальные язвы общества. В той же работе самарского врача описан процесс формирования беспризорника-наркомана в виде классической цепочки «безотрадное детство - смерть родителей - голодовка - побег - скитание по разным городам - жизнь на улице - анаша, табак, вино — мелкие кражи – ночлежка». В заключение Камаев констатировал связь пристрастия ребенка к анаше с последующим совершением им таких тяжких преступлений, как кражи, грабежи и разбои, а также телесные повреждения и убийства.

Заметную степень пораженности самарской молодежи наркоманией автор брошюры оценил как социальное зло, с которым, по его мнению, можно и нужно бороться административными мерами. Для успешного искоренения наркотического зла, считал Камаев, нужно было прекратить культивирование индийской конопли в среднеазиатских республиках СССР, а затем полностью перекрыть пути ввоза гашиша в Самару из этих регионов по железной дороге и по Волге через Каспий. Он также рекомендовал полностью запретить как открытое, так и полулегальное распространение гашиша в городах Средней Азии и в придорожных заведениях – чайханах и курильнях. Еще автор книги предлагал ужесточить уголовное преследование по ст. 104 УК РСФСР, а также вести наказание за изготовление и хранение любых количеств наркотика для личного потребления.

Вместе с этим учёный предлагал в плане борьбы с наркоманией развернуть активную разъяснительную работу среди молодёжи, работников образования, родителей и вообще среди всего населения СССР и Самарской области. В его брошюре также можно найти рекомендации о расширении в нашей области и во всей стране сети наркологических диспансеров, о постановке на учет потребителей наркотиков, об обучении педагогов методам выявления курильщиков анаши среди учеников школ. Камаев также считал, что в школах, где фиксировались случаи наркомании среди учеников, нужно максимально развивать художественную самодеятельность и физкультуру, причем обязательно привлекать к этой работе родителей. А еще он предлагал, говоря современным языком, повсеместно ввести меры антинаркотической пропаганды и профилактики наркомании среди населения, что сегодня для нас тоже является актуальной задачей.

Наркотики потеснили

В конце 20-х и в течение 30-х годов в Самаре, население которой за это время возросло с 200 тысяч до 350 тысяч человек, народными судами в год в среднем рассматривалось от 30 до 60 уголовных дел, так или иначе связанных с наркотиками (статья 104 действовавшего в то время УК РСФСР). При этом обвинение по одному лишь сбыту или хранению наркотических средств предъявлялось не более чем 10 процентам подсудимых. В остальных случаях статья 104 включалась в обвинительное заключение попутно, лишь в «довесок» к более тяжкому обвинению. Характерно, что в 10 процентах случаев по «наркотической» статье суды выносили подсудимым оправдательные приговоры. В остальных же судебных процессах максимальное наказание, которое за хранение наркотиков суды прибавляли к основному сроку - это 6 месяцев лишения свободы, чаще же – лишь 1-2 месяца.

В период с 1930 года и вплоть до начала Великой Отечественной войны народные суды Самарской области не рассмотрели ни одного уголовного дела о незаконном сбыте или хранении морфия или эфира. А по поводу хранения кокаина за тот же период слушалось всего четыре дела. В 1929 году районный народный суд Самары принял к производству одно уголовное дело о незаконном сбыте героина, но сбытчик при этом был оправдан. Подавляющее большинство самарских уголовных дел того периода, связанных с наркотиками, касались незаконного сбыта или хранения анаши. В указанное десятилетие самарскими правоохранительными органами в среднем изымалось из незаконного оборота 200-300 килограммов анаши в год. Для сравнения: только в 2000 году народными судами Самары, в которой в то время проживало около 1 миллион 300 тысяч человек, было рассмотрено 24390 дел о наркопреступлениях, в ходе расследования которых изъяты 1157 кг наркотиков, из них 70 процентов опия, 12 процентов героина, 2 процента гашиша.

В целом большинство исследователей отмечают, что к началу 40-х годов XX века в РСФСР удалось существенно снизить рост больных наркоманией, остановить распространение среди населения «тяжёлых» наркотиков, практически полностью ликвидировать наркопреступность несовершеннолетних.

Дело андижанских наркокурьеров

В 40-е и 50-е годы в нашей стране отмечалось существенное снижение преступности, связанной с наркотиками, что оказалось особенно заметно в центральных областях России. В то же время наиболее пораженными наркоманией в отчетах МВД СССР назывались приморские портовые города СССР, все республики Средней Азии в целом, а из социальных групп - неоднократно судимые лица и особо опасные рецидивисты.

В 1960 году в связи с вступлением в силу нового УК РСФСР в советском антинаркотическом законодательстве произошли существенные изменения и дополнения. Теперь этой проблеме было посвящено сразу три статьи Уголовного кодекса - 224, 225 и 226, которые включили в себя весь перечень наказуемых действий, связанных с запрещенным оборотом наркотиков. В дальнейшем в них неоднократно вносились поправки, а в кодекс в целом вводились новые антинаркотические статьи. Это было связано с ратификацией СССР решений международных конференций, в том числе Нью-Йоркской Единой конвенции о наркотических средствах 1961 года, Венской конвенции 1971 года о психотропных веществах и Венской конвенции 1988 года по борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ.

В 60-е годы, в период так называемой «хрущевской оттепели», в СССР был зафиксирован некоторый рост числа больных наркоманией. Одновременно нужно отметить, что количество преступлений, проходящих через народные суды и связанных с незаконным сбытом, хранением и транспортировкой наркотиков, в течение 60-х и в начале 70-х годов росло в среднем на 3-4 процента в год.

Не была исключением в этом отношении и Куйбышевская область. В 1961 году совместными оперативными мероприятиями сотрудников областной и транспортной милиции была пресечена деятельность организованной преступной группы из 14 человек, которая в течение нескольких лет занималась перевозкой крупных партий анаши из Андижана в Куйбышев. После доставки в наш город наркотики через отлаженную сеть посредников попадали к потребителям. Судебные слушания, которые состоялись в нашем городе после окончания расследования этого дела, стали крупнейшим в Поволжье уголовным процессом 60-х годов, касающемся незаконного распространения и сбыта наркотиков.

Главными наркокурьерами в этом деле выступали двое жителей Андижана – 24-летняя Нина Мамаджанова и 34-летний Хуршид Хайдаров, ранее уже судимый за аналогичное преступление. Оба перевозчика совершали регулярные рейсы на пассажирском поезде по маршруту Андижан-Куйбышев, перевозя с собой за каждую поездку до 30 килограммов анаши, упакованной в тюки. Как установило следствие, коноплю для изготовления наркотиков в течение нескольких лет специально для них выращивали двое жителей села Булакбаши, что находится неподалеку от Андижана – 56-летний Юсуп Мирзаев и 72-летний Низамутдин Исамутдинов. За готовую анашу курьеры платили узбекским старикам по 5 рублей за один килограмм, что в то время считалось очень хорошей ценой. В жарком климате Средней Азии дехкане со своего участка собирали по два урожая конопли в год, каждый из которых давал им до 100 килограммов анаши. Если же учесть, что в 50-е-60-е годы советские колхозники, в том числе и в Узбекистане, за свою работу чаще всего получали не деньги, а трудодни, то следует признать, что доход в 500 рублей от продажи одного урожая конопли был хорошим бизнесом.

Однако прибыль самих наркокурьеров от перевозки товара из Средней Азии на берега Волги оказывалась гораздо выше, чем заработок колхозников. Если учесть, что доставленные в Куйбышев партии анаши они продавали перекупщикам в среднем по 80 рублей за килограмм, то получается, что Мамаджанова и Хайрадов имели с каждого рейса около 2000 рублей чистого дохода. Сделав за месяц две поездки по маршруту Андижан-Куйбышев-Андижан, эти дельцы в итоге получали денежные суммы, которые в начале 60-х годов не зарабатывали даже секретные академики, полярные летчики и старатели на золотых приисках.

А каков же был дальнейший путь наркотиков, доставленных в наш город этими «коммерсантами»? Следствие выяснило, что в Куйбышеве было два постоянных оптовых посредника, принимавших товар из Андижана: 32-летний Абрам Меликсетян и 23-летний Владимир Магометов. Как уже говорилось, они приобретали анашу у наркокурьеров по 80 рублей за килограмм, а розничным посредникам продавали ее уже по 100-120 рублей за килограмм, имея от каждой сделки «навар» от 600 до 1000 рублей. Для рядового же наркопотребителя стоимость анаши в то время уже поднималась до 140-150 рублей за килограмм.

В ходе следствия выяснилось, что дельцы торговали наркотическим зельем на некоторых промышленных предприятиях Куйбышева. Как установили оперативники, отдельные рабочие этих заводов в дни получки регулярно «баловались» самокрутками с анашой по рублю за штуку (одна доза - около 7-8 граммов). Постоянные «точки» по продаже зелья правоохранители в 1961 году выявили на крытом рынке Ленинского района Куйбышева и на стадионе «Локомотив». Кроме того, заметная часть привозимых из Андижана наркотиков через расконвоированных заключенных уходила в места лишения свободы – больше всего в ИТК № 4,5 и 6.

Процесс по делу «андижанской» наркогруппировки проходил в Куйбышевском областном суде с 17 по 25 мая 1962 года под председательством народного судьи А.В. Дунаева. Как уже было сказано, на скамье подсудимых в тот раз в общей сложности оказалось 14 человек. Судебная коллегия признала всех их виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 224 УК РСФСР. В итоге Хуршид Хайдаров был приговорен к 6 годам лишения свободы, Владимир Магометов – к 4 годам, Нина Мамаджанова и Абрам Меликсетян – к 3 годам лишения свободы, все – в колонии общего режима. Другие участники «наркоцепочки» получили сроки от 2 до 4 лет лишения свободы. Что же касается упомянутых выше крестьян, на чьих участках выращивалась конопля для Куйбышева, то оба они получили условное наказание и были освобождены из-под стражи в зале суда.

Казахстанская марихуана для Самары

Вплоть до середины 70-х годов на территории СССР сохранялся, как уже говорилось, незначительный прирост числа преступлений, связанных с наркотиками (в пределах 3-4 процентов в год). Основную долю уголовных дел по ст. 224 УК РСФСР и по аналогичным статьям союзных республик давал среднеазиатский регион. В то же время в ряде областей Европейской части СССР в те годы фиксировалось снижение наркопреступности. К сожалению, в этот перечень не входила Куйбышевская область, так же, как Москва, Ленинград и портовые города Прибалтики, а также украинского и российского Причерноморья.

Заметный рост числа преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, в СССР начался в конце 70-х – начале 80-х годов, что социологи связывают с ухудшением общей экономической ситуации в стране и ростом социальной напряженности. Тем самым была подтверждена старая истина: в благополучном обществе у здорового человека, как правило, не может возникнуть потребности спрятаться от окружающей действительности в мире иллюзий, и потому не существует социальной почвы для значительного распространения наркомании. Но как только в государстве возникают экономические и социальные трудности, то на сцену рано или поздно выходят одурманивающие средства, которые постепенно начинают играть все более и более заметную роль…

До середины 80-х годов Средневолжским УВД на транспорте (СУВДТ ежегодно возбуждалось в среднем не более 20-25 уголовных дел, связанных с перевозкой наркотиков. В то время каждый случай задержания наркокурьера в поезде, а тем более – в аэропорту «Курумоч», был для руководства управления настоящим ЧП, о котором по служебной линии немедленно сообщалось в Москву. Ветераны СУВДТ, говоря о тех временах, отмечают, что проблемы наркоперевозок тогда практически не существовало, а были лишь «отдельные негативные факты», которые партийными идеологами расценивались как «влияние загнивающего Запада».

После 1985 года, когда в СССР начался период перестройки и гласности, проблема наркомании и незаконного распространения наркотиков была рассекречена, она немедленно оказалась на страницах печатных изданий и на экранах телевидения. К этому времени эпидемия преступлений, связанных с наркотиками, охватила не только портовые города страны, Москву и Ленинград, но также и крупные промышленные центры, большинство из которых еще с конца 70-х годов переживали пору экономической нестабильности и социальной напряженности. При этом с начала 80-х город Куйбышев стал выполнять роль крупного перевалочного пункта на пути транспортировки среднеазиатских наркотиков в центральные области России, на Украину и в Белоруссию для их последующего распространения.

Процесс распада советской империи, сухой закон, введенные после 1991 года законы рынка преобразили всю страну. Наркотики ворвались в жизнь людей бывшего СССР резко и внезапно, подобно магме неожиданно проснувшегося вулкана.

Новым Уголовным кодексом Российской Федерации, вступившим в силу 1 января 1996 года, была установлена уголовная ответственность за преступления, связанные не только с наркотическими, но и с психотропными веществами (статья 228 УК РФ).

Героиновая игла

Согласно сообщению генерального секретаря «Интерпола» Раймонда Кендалла, к середине 90-х годов на территории бывшего СССР стало производиться в 25 раз больше гашиша, чем во всем остальном мире, а реальный годовой оборот российского наркобизнеса тогда достиг 2 миллиардов долларов. В это время Россия встала перед реальной опасностью превращения в крупнейшую в мире перевалочную базу наркотиков. Самара при этом оказалась узловым пунктом на самом бойком направлении транспортировки «белой смерти» из Средней Азии в Европу.

Уже к 2000 году героин быстро вырвался на первое место по популярности в самарской наркозависимой среде, на что моментально отреагировал и «черный рынок». Торговцы, еще несколько лет назад делавшие деньги на гашише, маковой соломке и «ханке», быстро переключились на героиновые «чеки».

Старожилы оперативных служб считают, что массовое потребление героина в Самаре началось одновременно с открытием в нашем городе в 1995 году печально известного ночного клуба «Черный кот». Именно здесь развлекалась тогдашняя самарская «прогрессивная молодежь», она же – основной потребитель самых дорогих наркотиков того времени. Уже в 1996 году состоялось вполне закономерное закрытие «Черного кота».

Примерно через год сеть героиновых наркодилеров опутала все остальные ночные клубы Самары, а также многие вузы и даже школы. Достаточно сказать, что торговцы появились в общежитиях Самарского аэрокосмического университета, технического университета и экономической академии, где еще несколько лет назад о них и слыхом не слыхивали. Примерно в то же время героин появился и в ряде элитных школ Самары, расположенных в окрестностях площади Куйбышева.

А вот владельцы ночных клубов, опасаясь повторения участи «Черного кота», сами повели решительную борьбу с наркотической напастью: в общественных туалетах были установлены скрытые камеры наблюдения. Благодаря этому охрана клубов получила возможность быстро выявить наркодилеров, для всех самарских ночных клубов они очень быстро превратились в «персоны нон грата».

Однако героиновая эпидемия продолжала разрастаться. В то время торговлю «белой смертью» в Самаре вели сразу несколько преступных кланов.

Все оседающие в области наркотики сразу же расходились по «точкам» - местам с налаженной системой сбыта наркотических веществ. Большинство таких точек располагалось на снятых квартирах. В конце 90-х годов, по оперативным данным, таких адресов в Самаре насчитывалось свыше сотни. В период с 1999 по 2002 годы самая большая плотность таких точек наблюдалась в Кировском и Промышленном районах Самары. Дети рабочей Безымянки употребляли значительные количества наркотиков разного рода. Оперативники стали отмечать, что порой чуть ли не в каждом дворе Кировского и Промышленного районов открывалась своя торговая точка, которая обычно обслуживала целые группы наркоманов в несколько десятков, а то и сотен человек. Здешние цены на «дурь» тоже всегда были ниже, чем в старой части города, что напрямую связано с куда большими оборотами торговли. В Чапаевске для распространения наркотиков есть немало социальных причин, и в первую очередь то обстоятельство, что около четверти всех чапаевцев (23,5 тысячи человек в разное время побывали в учреждениях лишения свободы. К этому нужно прибавить хроническую нехватку рабочих мест (только официальная безработица здесь ныне превышает 8 процентов, а скрытая - втрое больше), плюс к тому разгул местных преступных группировок.

ВИЧ-инфекция – спутник наркомана

Еще в конце 1999 года самарские медики приводили довольно-таки успокоительные цифры об уровне ВИЧ-заболеваемости в нашем регионе. К этому времени самарская медицина среди 3,5-миллионнного населения области сумела выявить всего лишь немногим более 90 носителей ВИЧ-инфекции. При этом основными путями передачи заболевания тогда являлись гомо- (около 60 процентов и гетеросексуальные (40 процентов половые контакты. Из зарегистрированных случаев передачи ВИЧ-инфекции на наркозависимых лиц в то время приходилось лишь 2 или 3 факта. Неудивительно, что тогда в печати порой даже высказывались анекдотические гипотезы: мол, путь передачи СПИДа через грязные шприцы для нас неактуален, поскольку организмы отечественных наркоманов напрочь убивают чужеродный вирус…

Гром грянул, как всегда, неожиданно. Во второй половине января 2000 года, к ужасу специалистов, в Самарской губернии произошла вспышка СПИДа. Тогда в Тольятти вдруг стали регистрировать по 40-50 ВИЧ-инфицированных в день, то есть столько, сколько до этого во всей Самарской области не отмечалось и за несколько лет. Подавляющее большинство больных оказались хроническими наркопотребителями. А в мае бедствие докатилось и до областного центра: в этом месяце в Самаре ежедневно отмечалось до 10-15 больных «чумой ХХ века». В итоге к середине 2001 года в Автограде было зарегистрировано около 4,8 тысячи только официально выявленных носителей ВИЧ, а в Самаре – 3,5 тысячи.

В течение 2000 и 2001 годов эпидемия продолжала разрастаться, хотя впоследствии благодаря усилиям медиков и правоохранительных органов ее течение удалось существенно замедлить.

Для противодействия разрастающейся эпидемии СПИД и для усиления борьбы с наркотической угрозой весной 2001 года департамент здравоохранения администрации Самарской области принял целевую программу мер по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, профилактике наркомании, лечению и реабилитации наркозависимой части населения Самарской области, рассчитанную на ближайшие два года.

Самарские чекисты против «белой смерти»

Принимая во внимание всю серьезность ситуации в стране, возникшей по причине стремительных темпов наркотизации населения, к концу II тысячелетия это бедствие на самом высоком уровне было признано реальной угрозой для национальной безопасности России. В связи со сложившейся обстановкой в 1998 году в структуре ФСБ РФ появилось специальное подразделение по борьбе с наркотрафиком и сбытом наркотических веществ. Соответствующие отделы вскоре возникли и во всех территориальных управлениях Федеральной службы безопасности Российской Федерации. Эффективность борьбы чекистов против наркомафии стала очевидна уже в первые месяцы активной деятельности новой структуры.

После резкого сокращения объемов железнодорожных перевозок на пути из Средней Азии в Центральную Россию опий и героин по этому маршруту во все возрастающих объемах стали перевозиться на автомобилях. Самарские чекисты сразу же обратили свое внимание на это обстоятельство, что в итоге очень быстро принесло свои плоды. Первая же серьезная операция отдела по борьбе с наркотиками Самарского УФСБ завершилась изъятием у курьеров одной из крупнейших на то время в нашей области партии среднеазиатского товара, перевозимого автотранспортом. Произошло это 23 октября 1998 года, когда спецгруппа оперативников ФСБ и Самарского областного УВД неподалеку от села Троицкое Сызранского района остановила автомобиль «КамАЗ», в котором перевозился коммерческий груз из Таджикистана в Москву. При досмотре в фургоне обнаружили скрытый контейнер, в котором находились 77 килограммов опия-сырца, 3 килограмма героина и 12 килограммов гашиша. Водители утверждали, что ничего не знали о тайнике с «дурью». Однако тогда же спецгруппой УФСБ были задержаны два человека, сопровождающие груз, против которых вскоре нашлись неопровержимые улики, свидетельствующие об их причастности к транспортировке наркотиков. Впоследствии по их делу был вынесен обвинительный судебный приговор – 13 лет лишения свободы каждому в колонии строгого режима.

Следующую крупную операцию по задержанию нелегально перевозимого наркосырья наши чекисты проводили совместно с ульяновскими коллегами. В марте 1999 года в УФСБ по Самарской области поступила информация о скорой отправке на Среднюю Волгу большой партии опия из Киргизии. Как вскоре выяснилось, «груз» был спрятан в крупногабаритной фуре, в тайнике под двойным дном бытовых баллонов со сжиженным газом, и потому он уверенно пересек несколько пограничных, таможенных и милицейских постов. Спецгруппа УФСБ следила за грузовиком уже с момента пересечения им российско-казахстанской границы. Вначале предполагалось, что задерживать фуру будут на территории Самарской области, однако затем оперативная обстановка изменилась, и потому «наркотическую» фуру чекисты при содействии милиции остановили только при подходе к Ульяновску. При обыске в тайнике было обнаружено свыше 300 килограммов опия, героина и гашиша, а также нелегально перевозимое огнестрельное оружие.

Еще более крупную партию одурманивающего зелья в апреле 2000 года самарским чекистам удалось обнаружить в одном из неприметных гаражей, что находился в Советском районе Самары. Как выяснилось, в этом помещении наркодельцы устроили настоящий склад своей продукции, регулярно перевозимой из Таджикистана в наш областной центр. А обнаружен он был в результате наружного наблюдения, установленного за одним из «КамАЗов», на котором в наш город из Душанбе прибыл груз лука и моркови. Среди этих овощей, как потом оказалось, и был спрятан контейнер с наркотиками. Грузовик под управлением водителей Кабылова и Нуралиева благополучно миновал все пограничные и таможенные пункты и вскоре прибыл в Самару на продуктовый рынок ТК «Московский», где его встретил некто Раджабов, один из торговых посредников, он же «по совместительству» - связной наркомафии. С большими предосторожностями этот наркоделец проводил овощной «КамАЗ» к упомянутому выше гаражу, однако во время разгрузки три курьера вместе с товаром были задержаны спецгруппой УФСБ по Самарской области. При обыске в гараже, а также в автомобильном тайнике чекисты обнаружили в общей сложности 534 килограмма опия, 22 килограмма героина и 18 килограммов гашиша. Впоследствии все наркодельцы были изобличены в своем преступлении и приговорены к длительным срокам лишения свободы: Раджабов – к 21 году, а Кабылов и Нуралиев – к 16,5 года каждый, все – в колонии строгого режима.

Другую операцию, теперь уже совместно с оренбургскими коллегами и службой национальной безопасности Казахстана, УФСБ по Самарской области провело весной 2001 года. Незадолго до того поступила информация о скором прибытии в наш регион из Таджикистана крупной партии героина. Уже вскоре эти сведения подтвердились: в районе города Орска Оренбургской области границу России пересек «КамАЗ», водителями которого оказались Валерий Глинов и Анатолий Синев. Через сутки этот грузовик был задержан неподалеку от райцентра Богатое, и здесь при обыске машины в его тайнике, замаскированном под топливный бак, чекисты обнаружили 55 килограммов героина. По ценам «черного рынка» стоимость конфискованного товара превышала 2 миллиона долларов. В ходе следствия был установлен и владелец этого смертоносного груза – гражданин Таджикистана Шабон Солихов, который вскоре также был арестован. Как выяснилось, официально он числился торговцем фруктами на одном из рынков Самары. После проведения следствия все трое наркоторговцев были осуждены Богатовским районным судом по ст. 228 УК РФ, причем 54-летний Глинов в момент оглашения судебного решения демонстративно пытался покончить жизнь самоубийством, резанув себе бритвенным лезвием по сонной артерии. Шабон Солихов был приговорен к 15 годам лишения свободы, а Валерий Глинов и Анатолий Синев – соответственно к 8 и 7,5 года, все – в колонии строгого режима.

Только в течение 1998-2000 годов в результате операций по изъятию крупных партий наркотиков, проведенных самарскими чекистами, было выведено из нелегального оборота, а затем и уничтожено свыше 1200 килограммов среднеазиатских наркотиков. Из них не менее 95 процентов объема пришлось на опий, остальное – на героин (в общей сложности – около 70 килограммов), гашиш и марихуану.

Все флаги в гости к нам

Как уже говорилось, в марте 2003 года в нашей стране тогда же был создан Государственный комитет Российской Федерации по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ (ныне Управление Федеральной службы наркоконтроля), подчиняющийся непосредственно Президенту РФ. Основу его руководящего кадрового состава, как это и следовало ожидать, составили сотрудники соответствующих структур ФСБ Российской Федерации, а на местах – сотрудники территориальных подразделений УФСБ.

В течение августа 2003 года были подписаны соответствующие документы о назначении руководителей территориальных подразделений Госнаркоконтроля РФ во всех субъектах Российской Федерации. В соответствии с Указом от 9 августа 2003 года начальником управления Госнаркоконтроля РФ по Самарской области был назначен полковник Михаил Семенович Нарушев. Непосредственно к исполнению своих обязанностей он приступил 1 сентября 2003 года, когда новая территориальная структура Госнаркоконтроля РФ официально начала свою работу. Впоследствии Указом Президента Российской Федерации № 189 от 22 февраля 2007 года М.С. Нарушеву было присвоено звание генерал-лейтенанта полиции.

С самых первых дней основной упор в работе самарских наркополицейских делался на пресечение каналов поставки наркотиков в наш регион и противодействие сбыту крупных партий «зелья» на территорию области. Совместно с прокуратурой области, органами внутренних дел, УФСБ, Самарской таможней и пограничной службой был проведен целый ряд мероприятий. Из их числа наиболее заметными стали «Канал-2004» (перекрытие контрабандных каналов поставки наркотиков в Самарскую область), «Мак-2004» (выявление незаконных посевов наркосодержащих растений), «Синтез» (пресечение ввоза и распространения синтетических наркотиков). Результатом этих операций стало перекрытие контрабандных поставок наркотических средств на территорию Самарской области и ликвидация 7 подпольных лабораторий по их изготовлению.

Не секрет, что еще с 90-х годов и по сей день наиболее значительное влияние на наркоситуацию в губернии оказывает деятельность этнических организованных преступных групп и сообществ. Ликвидация подобных группировок ныне является одной из приоритетных задач Управления ФСКН России по Самарской области. Кроме того, по материалам, собранным сотрудниками управления, в течение 2004-2006 годов прокуратурой Самарской области было возбуждено три уголовных дела в отношении должностных лиц органов исполнительной власти по статьям 290 и 291 УК РФ (получение и дача взятки В целом же, как считают аналитики, практика расследования наркопреступлений после 2004 году подтвердила неразрывную связь наркодельцов, организованной преступности и коррумпированных чиновников (в том числе работников органов внутренних дел).

Одним из первых крупных наркоторговцев, разоблаченных самарскими наркополицейскими еще в 2004 году, оказался тольяттинец Игорь Демин, который был задержан с поличным при перевозке крупной партии товара. При личном досмотре наркополицейские обнаружили у него 100 граммов героина, аккуратно расфасованного в полиэтиленовые мешочки по 10 граммов. В ходе обыска в квартире Демина было найдено еще 11 килограммов 900 граммов героина, упаковочный материал для расфасовки, электронные весы. Кроме того, здесь же оперативные сотрудники УФСКН нашли и огнестрельное оружие: автомат Калашникова с глушителем, мощной оптикой и 40 патронов к нему. Следствие установило, что этот наркоторговец, имея собственное жилье в Тольятти, тем не менее снимал в этом же городе отдельную квартиру, используя ее как склад и офис для противозаконных сделок. Занимался он только крупным оптом, сбывая наркотики массой не менее 100 граммов. А вообще преступный опыт у Демина немалый: он уже привлекался к уголовной ответственности за различные имущественные преступления и за хранение наркотиков. Один раз он был осужден за сбыт имущества, добытого преступным путем. Также установлено, что у Демина были хорошо отлаженные преступные международные связи: героин ему поставляли из республики Таджикистан. Согласно решению суда, Игорь Демин был приговорен к 14 годам лишения свободы в колонии строгого режима.

В ходе другой тщательно подготовленной операции был задержан Иван Казаченко - член известного наркоторгового клана. Сотрудники Жигулевского межрайонного отдела УФСКН буквально схватили его за руку во время сбыта 220 граммов героина в апреле 2004 года. Примечательно, что этот преступник, занимаясь сбытом оптовых партий наркотиков, и ранее неоднократно попадал в поле зрения правоохранителей. Однако взять его с поличным было сложно: сам он крайне редко сбывал свой товар, предпочитая действовать через посредников. Чтобы вывести дельца на чистую воду, оперативникам пришлось проявить смекалку и изобретательность. Сыщики встретились с Казаченко под видом иногородних перекупщиков героина и договорились о покупке 250 граммов героина. Казаченко согласился на сделку. Встреча продавца и покупателей состоялась на междугородной трассе М-5 - неподалеку от въезда в Тольятти. Наркоторговец привез пакет с наркотиками на автомобиле ВАЗ-2106. После сделки Казаченко был задержан и вскоре осужден на длительный срок заключения.

Не так давно самарскими наркополицейскими были выявлены новые тенденции в деле транзита наркотиков через наш регион. Как выяснилось, в последнее время заметно активизировался нетрадиционный канал поставки «дури», по которому наркотический товар следует не из Средней Азии, а… в обратном направлении – из Европы на Урал и далее в Сибирь. Оказалось, что ныне по этому маршруту идет бойкая нелегальная транспортировка синтетических наркотиков нового поколения, которые у нас известны под названием «экстази». Специалисты же выделяют в этой группе 50 с лишним различных веществ, почти все из которых являются производными органического соединения с длинным названием метилендиоксинфенилэтиламин (сокращенно – МДМА). Эти наркотики в больших количествах изготавливаются из нейтрального сырья в нелегальных лабораториях, принося фармацевтам-подпольщикам прибыль в миллионы долларов.

Ныне уже установлено, что основной производитель экстази, завозящий в Россию больше всего синтетической «дури», - это Польша, хотя в последние годы зафиксированы случаи изготовления МДМА также в Германии и в странах Балтии. С территории перечисленных государств наркотик попадает в нашу страну в основном через Белоруссию и Украину, и при этом в течение многих лет главными потребителями экстази были Москва и Санкт-Петербург. Всем известно, что синтетическая «дурь» всегда пользовалась большим спросом у рейверов, посещающих ночные клубы. Именно в таких заведениях продавцы экстази чаще всего находили (и до сих пор находят основную массу своих покупателей. В нашем городе этот наркотик тоже известен довольно давно, однако в период до 2000 года до Самары доходило в лучшем случае лишь от 3 до 5 процентов польского экстази, попадавшего в Россию через белорусско-украинское «окно» и Прибалтику. Но в течение 2004-2006 годов стал наблюдаться заметный рост объема наркотиков европейского производства, проходящих через Самару в направлении Урала и Сибири. Конечно же, заметная доля искусственно приготовленных препаратов оседает и в нашем городе. Об этом свидетельствуют последние уголовные дела, раскрытые в результате работы сотрудников управления Госнаркоконтроля РФ по Самарской области.

В начале 2006 года поступила оперативная информация о том, что где-то в Приволжском микрорайоне Самары начала действовать новая точка по сбыту экстази. Специалистов не могло не заинтересовать то обстоятельство, что у розничных торговцев эти розовые таблетки при везении можно было купить всего по 350-400 рублей за штуку. Между тем на нелегальном наркорынке нашего города препарат стоил на 100-150 рублей дороже. Оперативникам стало ясно, что кто-то регулярно завозит в город крупные партии этой синтетической отравы.

К концу апреля стало ясно, что все розничные каналы продажи сходятся на некоем гражданине Соловьеве, снимающем квартиру на улице Димитрова. К делу был подключен оптовый покупатель со стажем, которого барыга до этого хорошо знал. В результате в ходе контрольной закупки около подъезда своего дома Соловьев продал оптовику пакетик с 40 таблетками экстази, взяв за них всего лишь 6 тысяч рублей (то есть по 150 рублей за дозу). После сделки продавец тут же был задержан оперативной группой управления Госнаркоконтроля РФ по Самарской области. В ходе личного досмотра во внутреннем кармане у Соловьева обнаружили еще один пакетик с 18-ю такими же розовыми таблетками. Но самый большой сюрприз наркополицейских ожидал во время обыска в гараже задержанного, где стоял его автомобиль «Mitsubishi-Lancer» с литовскими номерами. Здесь было обнаружено еще 17 таких же полиэтиленовых пакетиков, в которых в общей сложности находилось 1676 таблеток (! экстази весом свыше 430 граммов.

В ходе следствия выяснилось, что 44-летний Вячеслав Соловьев, уроженец города Орска Оренбургской области, в настоящее время имеет литовское гражданство и постоянную регистрацию в Вильнюсе. Нигде официально не работая, он тем не менее на своей машине регулярно ездил из этой прибалтийской республики в Самару, тем самым, по всей видимости, наладив канал постоянного сбыта наркотиков европейского производства. О том, что его дела в нашем городе шли вполне успешно, говорит хотя бы тот факт, что Соловьев снял в Приволжском микрорайоне квартиру, за которую заплатил за два месяца вперед из расчета 3500 рублей в месяц. Правда, следствию не удалось доказать, что гражданин Литвы доставлял экстази в Самару не только во время своего последнего рейса, но и при всех предыдущих поездках. Тем не менее расследование уголовного дела по факту сбыта Соловьевым наркотиков ныне завершено, и вскоре обвиняемый должен предстать перед судом.

Еще одно не менее серьезное уголовное дело того же рода в 2006 году было раскрыто в Тольятти. В феврале оперативники получили информацию о том, что вскоре в город будет завезена крупная партия экстази. И уже через несколько дней один из тольяттинских наркоманов близ торгового дома «Элсис» на улице Лизы Чайкиной купил три знакомые розовые таблетки у молодого парня, подъехавшего сюда на шикарной «Ауди». При этом продавец спросил у покупателя, не может ли он найти оптового торговца, который оказался бы способен приобрести у него очень крупную партию этого импортного «лекарства». Тольяттинец ответил утвердительно. И уже через неделю после этой встречи на то же место подъехала та же самая «Ауди». Владельца машины, которого сопровождали трое его приятелей, уже ждал местный «наркобарон», в роли которого, как потом оказалось, выступил сотрудник управления Госнаркоконтроля РФ по Самарской области. Продавец запросил за свой товар ни много ни мало – один миллион (! рублей. Конечно же, покупатель попросил прежде показать ему привезенную продукцию. И когда оперативник убедился, что переданная ему коробка и в самом деле доверху заполнена пакетами с розовыми таблетками, он протянул продавцу требуемую сумму, а потом дал коллегам сигнал на задержание дельцов. Ошарашенные произошедшим, те сопротивления не оказали. Тут же выяснилось, в общей сложности в коробке находилось свыше 3 тысяч таблеток экстази.

Главным наркоторговцем из числа задержанных оказался 23-летний Евгений Шмаль, уроженец города Октябрьска Самарской области и немец по национальности. Как было установлено, он еще несколько лет назад вместе с родителями переехал в Германию и даже получил здесь вид на жительство. Вскоре на своей исторической родине Шмаль познакомился с другим «русским немцем» - 25-летним Дмитрием Штолем, уроженцем города Юрга Кемеровской области. По словам подследственного, именно этот новый знакомец и предложил ему хорошо заработать на перевозке в Россию крупных партий наркотиков германского производства. За компанию «коммерсанты» взяли с собой еще и Сергея Гааса, двоюродного брата Шмаля. Спрятав экстази в машине, эта троица без помех пересекла две границы и вскоре прибыла в Октябрьск. Здесь в качестве сопровождающего «наркокурьеры» повсюду возили с собой местного сотрудника милиции, 24-летнего Виталия Спиридонова, который через несколько дней тоже был задержан наркополицейскими вместе с приезжими из Германии.

Из всей четверки на скамью подсудимых по обвинению в незаконном сбыте наркотиков сели только двое организаторов, а вот Сергей Гаас и Виталий Спиридонов прошли по делу лишь в качестве свидетелей. В итоге решением суда Комсомольского района Тольятти Евгений Шмаль был приговорен к 4 годам, а Сергей Штоль – к 6 годам лишения свободы, оба – в колонии строгого режима.

По мнению специалистов, ныне отечественный наркорынок весьма быстрыми темпами переходит именно на синтетическую группу «дурмана». Такая переориентация грозит нам не только увеличением числа сопутствующих преступлений, но и вовлечением все большего числа представителей молодежи в потребление этого вида наркотиков. Самое страшное, что если от растительной отравы типа анаши или опия наркоману излечиться бывает еще более или менее реально, то тем, кто «присел» на экстази или крэк, «соскочить» оказывается невозможно в принципе. И при этом, согласно некоторым данным, ныне в подпольных лабораториях уже создается новая, еще более опасная группа синтетических наркотиков, привыкание к которым у человека возникает не постепенно, а с первой же дозы.

В целом же соглашения по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, которые в 1997 году Россия подписала с Азербайджаном, Арменией, Грузией, Таджикистаном, Туркменистаном, Казахстаном, Узбекистаном, Кыргызстаном, Белоруссией, Молдовой и Украиной, нашей страной были ратифицированы в установленном законом порядке. Сегодня заметным фактором усилия борьбы с преступностью в России и Самарской области, связанной с незаконным оборотом наркотиков, является реализация указанных соглашений. Ныне уже есть десятки реальных случаев совместных мероприятий наркоборческих структур России, Узбекистан, Таджикистана Киргизии и Казахстана по пресечению контрабанды крупных партий наркотиков из Афганистана в центр нашей страны через Самарскую область.

Борис Алешин: "Мы – с Renault"На днях будет подписана сделка между АВТОВАЗом и французской компанией Renault.

«В нашем театре нет ни дрязг, ни сплетен, сюда идешь, как к себе домой»

Геннадий Куропаткин,заведующий ортопедическим отделением №1 больницы им. Калинина, заслуженный врач России: «Обычные хирурги всё время что-то отрезают. Мы же только добавляем, наращиваем или заменяем»

Андрей Луговой: «На посту президента России себя не вижу»

Геннадий КИРЮШИН: «Я готов быть менее активным участником бизнес-процесса – стать инвестором». Председатель совета директоров СМАРТСа решил отойти от дел и заняться политикой

Работа идет не только по плану

Жириновского попросили о Луговом

Встреча Владимира Путина с участниками международного дискуссионного клуба «Валдай»

Андрей ШОКИН: «Вести социально ответственный бизнес для меня гораздо важнее, чем заниматься политикой»

Лев ПАВЛЮЧКОВ: «Зеленые» стали голубыми»

Губернатор Самарской области - Владимир Владимирович Артяков

Третьяк: Путин — залог успеха

Дембельский альбом Владимира Путина

Самара отпраздновала День города

Урны на улицах города Самары

Улицы Самары глазами простого горожанина - 2

Открытые люки - 2

Lada Priora. Фото

Пикет КПРФ у Губернской Думы 24.04.07

Малометражка от АвтоВаза

Открытые люки

Состояние Набережной р. Волга в Самаре (20.04.07)

"Вот я могу сказать, за мэрии здесь закреплен Струковский парк. Вот до тех пор он не станет чистым, я с него не слезу" (мэр Самары Виктор Тархов, "Эхо Москвы в Самаре" от 11.04.07) Фото от 23.04.07

Самара. Воскресенье, 22.04.07, после Всероссийского субботника

 
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru
www.profnastil-ksp.ru

©«Самарапресса.Ru»
Электронный архив самарской прессы
«Sampressa.ru»
(8422) 41-00-30
89277091133
Редакция не несет ответственности за достоверность информации,
опубликованной в рекламных объявлениях.
Редакция не предоставляет справочной информации.